Category: искусство

Под какими флагами запорожцы писали письмо турецкому султану?

Для начала обратимся к фактам. Из выписки из истории Дмитрия Яворицкого, которая хранится в Государственной публичной библиотеке Санкт-Петербурга [стр. 69] можно, в частности, узнать, что конкретно побудило запорожцев взяться за бумагу. В выписке помещен подлинный текст предложения турецкого султана Магомета IV, царствовавшего в конце 17-го столетия, запорожцам и атаману Сирко, а также ответ запорожцев.
"Я, султан, – говорится в первом документе, – брат Солнца и Луны, повелеваю вам, запорожским казакам, сдаться мне добровольно безо всякого сопротивления" [привожу главную мысль письма]. "Ти, султан, проклятого чорта брат i товарищ, – ответили запорожцы [если опустить остальные эпитеты, которыми они наградили автора послания на Сечь]. – Твойого вiйска мы не боiмось, землею i водою будем биться з тобою".
Услышав однажды историю о переписке запорожцев с султаном, художник Илья Репин тут же сделал карандашный рисунок будущей картины. А весной 1880 года уехал в Украину [сам он, кстати, был уроженцем Харьковской губернии], где и начал серьезную работу над "Запорожцами, пишущими султану". Узнав о замысле художника, профессор Дмитрий Яворницкий предоставил ему в пользование собственную коллекцию оружия казацкой эпохи, курительные люльки, сафьяновые казацкие сапоги и даже кварту настоящей казацкой горилки [на картине она в центре стола находится].
"Наше Запорожье, – писал Илья Ефимович о своих "запорожцах", – меня восхищает свободой, подъемом рыцарского духа. Удалые силы народа отреклись от житейских благ и основали равноправное братство на защиту лучших принципов веры православной и личности человеческой. И вот эта горсть удальцов, конечно, даровитейших людей своего времени, благодаря этому духу разума усиливается до того, что не только защищает Европу от восточных хищников, но грозит даже их сильной тогда цивилизации и от души хохочет над их восточным высокомерием".
Ни убавить, ни прибавить.
Ну а теперь обратимся к вопросу, вынесенному в заголовок материала. Прошу не удивляться ему: флаги на картине "Запорожцы пишут письмо турецкому султану" таки присутствуют. Они обнаружатся, как только мы обратим внимание на двух казаков, стоящих чуть левее от стола. Между этими казаками [у одного из них на голове окровавленная повязка, а у другого – шапка в форме горшка] втулился запорожец, очень похожий на фокусника Амаяка Акопяна.

Запорожцы (фрагмент)

За спинами этой колоритной троицы отчетливо просматриваются... сине-желтый флаг и пика, обернутая красно-черными лентами, тоже очень похожая на флаг. Получается, красно-черные цвета [говорю пока только о них] в качестве символа борьбы за свободу казаки-запорожцы использовали задолго до славных сечевых стрельцов и не менее славных воинов УПА.
Известно, что перед покупкой картины [за 35 тысяч рублей], император Александр Третий попросил сделать по ней экспертное заключение: все ли верно изображено художником – в духе времени ли? И вот какой получил ответ от филолога и историка Федора Корша:
"...знамена казацкие, изображенные художником Репиным на его картине, не содержат по своему цветовому набору никаких иностранных веяний, а отображают в себе извечную преемственность цветов золотых и небесных, постоянно присущих для всех знаков отличий в Южной Руси [Малороссии] еще со времен Великих князей Киевских, вплоть до роспуска запорожской вольницы. Сказанному имеется предостаточно письменных подтверждений в отечественных и иностранных сугубо исторических источниках, а равно – в ряде предметов материального искусства тех давних времен".
Услышали главное: "не содержат никаких иностранных веяний". Золотые и небесные цвета украинского флага – наши, родные, то есть.
Владимир ШАК
[Газета "МИГ", Запорожье]

Запорожцы
Знаменитые запорожцы

Запорожцы (вариант)
Один из вариантов картины

Зп-4
Еще один вариант

Запорожцы (фрагмент-2)

Запорожцы (фрагмент-3)

Запорожцы (фрагмент-4)
Флаги запорожцев

Илья Репин (фото начала 20-го века)
Илья Репин (фото начала 20-го века)

Виктор Арнаутов: судьба художника

Уроженец Токмакского района Виктор Арнаутов, наверное, мог бы сделать блестящую военную карьеру: офицерские погоны ведь он надел в неполные двадцать лет – после ускоренного, в связи с Первой мировой войной, курса обучения в кавалерийском училище. И, попав на фронт, вскоре за отвагу был награжден орденом святого Георгия. В Гражданскую войну ему тоже довелось служить - в Белой армии, а после эмиграции в Китай георгиевский кавалер получит назначение на должность инструктора конного завод маршала Джан Дзолиня.
Однако не военная карьера привлекала токмачанина. Он мечтал рисовать. И поэтому, перебравшись в середине двадцатых годов в Америку, Виктор Михайлович оканчивает Калифорнийскую школу изящных искусств, а затем, переехав в Мексику, учится у всемирно известного художника Диего Риверы. Несколько лет общения с мастером, придерживавшимся, кстати, левых взглядов, сказались на дальнейших поступках нашего земляка: вернувшись в Штаты, он со временем вступает в компартию США и, так же, как и его учитель, принимает активное участие в общественных мероприятиях для поддержки СССР.
В 1939 году Виктор Арнаутов становится профессором Стэнфордского университета, что в штате Калифорния и остается им до своего возвращения – в 1963 году - в Украину.
Прожив несколько лет в Мариуполе, художник переезжает в Ленинград, где и работает – в ранге члена Союза художников СССР, до конца жизни.

p17jq2rpv71cl81oodip5121hsjh1
Виктор Арнаутов

Пл перед Мариупольским театром
"Площадь перед Мариупольским театром" [одна из картин художника]

Забытый на родине
В ноябре 2011 года исполнилось 115 лет со дня рождения Виктора Михайловича, которого прекрасно помнят в США и совершенно не помнят в Токмаке. Заглянув не так давно по газетным надобностям в город, я полюбопытствовал у знакомых токмачан, известна ли им фамилия художника Арнаутова. Увы, никто утвердительно не ответил. Ну а Успеновка, родное село мастера, продолжал я расспросы, сохранилась-то хоть? Оказывается, нет: Успеновка перестала существовать с середины, если не ошибаюсь, восьмидесятых годов. А я к тому моменту уже знал, что и могила Виктора Михайловича не сбереглась.
Представляете, как вышло: не осталось на земле ничего значимого, что было связано с этим человеком – ни малой родины его, ни места погребения. Впрочем, почему не осталось? Остались его картины! А в Мариуполе, куда [по приглашению двоюродной сестры] вернулся из эмиграции Виктор Михайлович, имеется несколько выполненных лично им фресок. Непосредственно же в США художник исполнил фрески для клиники в Пало Альто, Мемориальной башни в память пожарных — героев землетрясения 1906 года и школы им. Дж. Вашингтона в Сан-Франциско. Это если не считать его многочисленные выставки.
Отец и сын
Согласно хранящейся в Государственном архиве Запорожской области метрической книге Успеновской церкви села Успеновка Александровского уезда Екатеринославской губернии, родился Виктор Арнаутов 29 октября [по старому стилю] 1896 года. Родителями его были успеновский священник Михаил Васильевич Арнаутов и его законная, как подчеркнуто в книге, жена Аделаида Ивановна.
Отца художника арестуют в сентябре 1937 года. И за "контрреволюционную деятельность" вынесут не подлежащий обжалованию приговор: расстрел.
Приговор будет приведен в исполнение 1 марта 1938 года. А далеко за океаном примерно в это же время сын расстрелянного коммунистами Страны советов станет, напомню, коммунистом страны капитала.
Большевикам Виктор Михайлович сочувствовал еще будучи белогвардейским офицером. Храбро сражавшийся на фронтах Первой мировой прапорщик-кавалерист, вывевший однажды из окружения свой эскадрон [за это он и будет удостоен ордена святого Георгия], в белое движение попадет не по собственной воле.
После расформирования своего 5-го уланского Литовского полка, Виктор Арнаутов окажется в Симбирске. Там всех находящихся в городе офицеров и призовут в Белую гвардию. Однако воевать с красными георгиевский кавалер не желал даже по приказу. Но и дезертировать было опасно. И тогда, дождавшись командировки к восточной границе, он сбежит в Китай. "По удаче", как сам в последствии напишет в книге воспоминаний "Жизнь заново".
Путь к мечте
В Харбине эмигрант учится рисованию в студии "Лотос". Потом по приглашению генерала Георгия Клерже, возглавлявшего в Гражданскую войну штаб казачьего атамана Григория Семенова, вступит в должность кавалерийского инструктора конезавода маршала Чжан Дзолина в Мукдене. И встретит свою любовь: женится на дочери бывшего помощника военного атташе в Китае Василия Блонского Лидии. В браке, в котором родятся трое сыновей [Михаил, Василий и Якоб], они проживут долго. А в годы хрущевской "оттепели" решат вернуться в СССР. Жизнь Лидии Васильевны оборвет нелепая случайность: незадолго до отъезда из Америки она погибнет в автокатастрофе.
В 1925 году инструктор-кавалерист надумает перебираться из Мукдена в Сан-Франциско: ему станет известно, что там действует художественная школа, принимающая на обучение иностранцев. Деньги на учебу выделит тесть.
Окончив школу и дождавшись приезда семьи, Виктор Михайлович уезжает в Мексику – к знаменитому художнику-монументалисту Диего Ривере. Став его любимым учеником и, всецело разделяя его левые взгляды, уже вернувшись в США, художник резко осудит выпад против своего учителя. Я имею в виду факт уничтожения фрески Диего Риверы, выполненной мастером в Рокфеллеровском центре в Нью-Йорке. Хотя ее просто нельзя было не уничтожить: в Рокфеллеровском[!] центре Ривера изобразил… Ленина, соединяющего руки рабочих, добавив к этому сюжету… демонстрацию трудящихся в Москве на Красной площади.
Снова дома
В 1961 году Виктор Михайлович впервые посещает Советский Союз и, узнав, что в Мариуполе живет его двоюродная сестра, навещает ее. И загорается желанием вернуться на родину.
В последние годы своей жизни Виктор Михайлович работает много и с удовольствием.
Мир сей он покинет в 1979 году. Но это еще не все.
После смерти Виктора Михайловича у второй жены художника, искусствоведа Ноны Талепоровской [она была младше своего супруга на 34 года] возникнут проблемы с исполнением завещания мастера – похоронить его в Мариуполе, рядом с могилой матери. Но мариупольские власти, не отказав формально, фактически не позволят это сделать. И тогда Нона Владимировна самолично доставит в город урну с прахом художника и захоронит ее в могилу Аделаиды Арнаутовой, законной жены священника Михаила Арнаутова.
Где сейчас эта могила находится, никому не ведомо.
Владимир ШАК
[Газета "МИГ", Запорожье]